Новый Орлеан

[Current Music| Chumbawamba - The Diggers Song]

Работая в Хьюстоне, в Техасе – в одном из самых больших штатов США (2-й по величине), мы крайне ограничены в наших путешествиях по другим городам. Многие поездки ещё впереди, но в прошедшие выходные мы совершили самую дальнюю – в Новый Орлеан (Луизиана).
Несколько дней Олег, наш главный оператор, распечатывал карты из Google Map, искал купоны на скидки, забронировал мотель.
В 6:15 в субботу (в день святого Валентина) мы вшестером на машине стартовали из Хьюстона (Игорь Анатольевич, Марина, Оля, Дима, Олег и я). Дорога заняла 6 часов. Большую её часть я проспал на заднем сидении, лишь иногда выглядывая на непривычный лес за окном, на бесконечные болота и огромные мосты…
Первым, что мы увидели примечательного в городе, было кладбище – всё из больших строений – склепов с памятниками.
Мы поехали в городской парк Нового Орлеана – перед ним померкло всё то, что я видел в Хьюстоне. Огромное пространство, вековые ветвистые деревья, увешанные растениями-паразитами и мхами. Озёра с утками, гусями, чайками и пеликанами. Дорожки, мостики, лавочки со столиками.
Мы проголодались и устроили пикник за столиком у воды.



Первым пришёл енот. Он смешно перебирал ногами, особенно когда бежал. Понятно, что он просил угощения – не увидев нигде таблички, что кормить животных в парке нельзя, Марина бросила ему хлеб. Енот в итоге подошёл вплотную, а потом забрался на дерево, нависнув прямо над нами.
Было ощущение, что он сейчас прыгнет прямо к нам на стол. :)
Я специально стал кормить его кусочками курицы, приманив к нижней части толстой ветви.
Тем временем к нам подошли два чёрных лебедя и буквально потребовали угощения! Потом один из них, увидев, что я кормлю енота, ущипнул меня за джинсы, громко возмущаясь. Я высказал лебедю всё, что я о нём думаю, так и стояли, смотря друг на друга, пока кто-то не бросил ему корм.
Интересно, что в этой паре один лебедь полностью доминировал над другим – наверное, самец, но я не уверен – они были совершенно одинаковые на беглый взгляд – только голос разный.
- Америка - страна непуганных животных, - сказал кто-то из нас.

Там же, в парке, стоял музей искусств (New Orleans Museum of Art), куда мы пошли за 8 долларов – посетителей в его залах было немного. Экспозиция обширная – мне немного напомнила Пушкинский музей, но всё-таки поменьше. Понравились скульптуры и маски из Африки, Океании и Древней Америки. Вспоминая наш поход в хьюстонский музей, да и то, что видел в Москве, думал о разности культур – о том, что движет человеком в его склонности к творению.
Интересно, что в музее было представлено и «русское искусство» - из коллекции Фаберже.
Снаружи мы посетили так называемый парк скульптур – где среди лужаек, деревьев и цветов стоит 50 объектов – очень разных по восприятию. Нам очень понравилось. :)
В бумажной гостевой книге музея я оставил большую запись с благодарностью на русском языке.

После парка мы поехали заселяться в недорогой мотель на окраине города – мы взяли двухместные номера по 40 долларов с человека за сутки.
Когда мы ехали по Новому Орлеану из квартала в квартал, Оля сказала:
- Как в советских учебниках – при капитализме нищета и богатство стоят рядом.
Действительно, кварталы разительно отличались друг от друга – где-то красивые дома с пальмами, а где-то жалкие лачуги. То же отличие печатью лежало на людях, которых мы видели вокруг. Новый Орлеан очень старый по американским меркам город – сама смесь народов населяющих его подобна гремучей, что и случилось во время урагана Катрина – до сих пор город носит следы разгула стихии, как природной, так и человеческой…
Ольга также сказала, что город похож на «усадьбу, построенную богатым хозяином», а затем «брошенную холопам без денег на содержание» - поэтому этот вполне европейский по стилю город выглядит обветшало…

Вечером мы поехали в центр Нового Орлеана – рядом с «французским кварталом». Там проходило шествие в честь праздника Mardi Gras. Нам пришлось долго ждать начала карнавала, но за это время я с интересом погружался в атмосферу ночного города. Центральные улицы перекрыла полиция, на пути будущего шествия стояла ограда, везде были служители порядка. Моросил дождь. Было прохладно, но люди вокруг были легко одеты, лишь у немногих были зонтики или накидки. От общества вокруг кружилась голова: афроамериканцы, кто-то словно сошедший с экрана фильмов про Ямайку, кто-то из рэперских клипов, корейские или японские студенты, парочки белых в костюмах и вечерних платьях, стайки белых школьниц, мексиканские семьи с маленькими детьми, гомосексуалисты, бритоголовые парни в коже или длинноволосые рокеры…
У многих на шее были огромные бусы, некоторые были в масках из перьев. Вокруг было шумно, кто-то громко смеялся, где-то выла сирена, на улицах играла джазовая музыка или били барабаны. У ограды под зонтиками сидели маленькие дети, а рядом родители поглощали что-то из пластиковых стаканов, мимо проходили подвыпившие люди, кого-то даже вели под руки.
Улица была из 4-5 этажных домов, в некоторых из которых располагались бордели, а над всем этим возвышались небоскрёбы: офисы и дорогие отели. Мне всё напоминало атмосферу «мрачных ночных киберпанковских произведений».
Наконец-то мы дождались шествия – его трудно было назвать карнавалом. Мимо проходили оркестры, танцующие афроамериканки (в основном внушительных форм, не считая девочек), афроамериканцы, танцующие рэп, проезжали джазовые фургончики и огромные украшенные машины с ряжеными, которые разбрасывали бусы, стаканчики и что-то ещё. Люди кричали, махали руками, ловили бусы – радовались, как дети. Когда шествие, сделав круг, пошло по противоположной части улицы, люди побежали туда, смеясь и протягивая руки.
Коллеги поделились со мной бусами, я так ничего и не поймал – стоял со сложенными руками – с пресным выражением лица наблюдателя.
Потом мы гуляли, заглядывая в сувенирные магазинчики. Когда я покупал магнитик, со мной разговорилась немолодая афроамериканка, продавец:
- Откуда ты?
- Из России.
- Да?! – она что-то быстро говорила, потом добавила:
- Тебе нравится в США?
- Пока не знаю, я смотрю вокруг.
- Россия и США разные. Как бы сказать… - афроамериканка подбирала слова:
- Люди в России менее свободные. А мы свободны здесь.
- Раньше, когда был СССР – наши люди были не совсем свободны, сейчас всё иначе – немного иначе, - тут уже я сам с трудом подбирал слова. Я ведь даже на русском не смог бы объяснить этой свободной женщине то, что я думаю о своих соотечественниках.

Перекусив в небольшом ресторанчике, мы вернулись в мотель, где легли спать. Мне снились странные сны, как-то я проснулся, в шоке осознав, что я в Новом Орлеане, в городе, который в России многие считают стёртым с лица Земли.

Утром мы поехали вновь во французский квартал, где гуляли, фотографировали и покупали сувениры. Узкие улочки, конные экипажи с туристами, уличные музыканты. Но что интересно – мы ни разу не встретили русских. Помню в Бремене русскую речь на каждом шагу, а здесь нет – действительно, у нас многие думают, что Новый Орлеан разрушен – нет, цел, но былого блеска, наверное, не будет долго.

Днём мы два часа катались на пароходе Natchez по Миссисипи. Пообедали и посмотрели на урбанистический пейзаж на берегах большой реки. Миссисипи – «река моего детства», столько было связано с ней в книгах об индейцах, белых колонистах.
Перед уходом я нашёл место, где можно было спуститься к реке, и коснулся рукой холодной мутной воды…

В Хьюстон мы ехали вечером, по ночному шоссе. За окном была тьма, иногда прерываемая огнями городов и посёлков. Впереди блестела разделительная полоса из светоотражающей краски и зеленоватые огни приборной панели. За эти долгие часы пути я прочитал на КПК повесть Станислава Лема «Непобедимый» - думая о том, как меняется человек, о том, что ждёт нашу цивилизацию впереди… И удивлялся, почему мои мысли, мои цели, мой взгляд на мир так не похожи на «картинку мира» большинства других людей.

А Хьюстон встретил нас ощущением дома – всего 3 недели, а я уже так привык. :)